Записи с меткой «общество потребления»

Симуляционный характер культуры потребления

В обществе потребления вещи выступают знаками, маркирующими социальный статус их обладателя. Потребитель стремится повысить видимость своего общественного положения в глазах других людей. Он вовлекается в игру самопрезентации, в которой демонстративность статуса вовсе не указывает на реальность этого статуса. Ценностная ориентация «иметь» трансформируется в ориентацию «казаться». Господствуют инсценировка, кажимость, сопряженная не со знаковостью товара, а со знаковостью несуществующего у потребителя товара. Потребление замещается представлением, симулякром потребления. Не имеющий возможности на практике применять потребительские нормы индивид лишь в виртуальных формах вовлекается в общество потребления. Поэтому потребительский социум имеет смысл именовать пространством симулякров, демонстративности или обществом спектакля. Философско-социологический подход позволил выявить основные особенности культуры потребления. Разработанный Э. Фроммом концепт «бытия и обладания» дал возможность описать си- мулятивность культуры потребления. Посредством предложенной А. В. Бузгали- ном концептуализации превратного сектора удалось представить консюмеризм в его связке с симулятивными областями, характерными для современного капитализма. Авторский вклад заключается в том, что удалось определить ценностное смещение от принципа «быть» к симулятивному принципу «казаться». Аутентичность бытия разменивается на неаутентичность обладания, характеризующегося фиктивностью второго порядка, когда доминирует стремление к обладанию, но вместо настоящего обладания реализуется его видимость.

Абсорбция капиталом антикапиталистического дискурса в условиях общества потребления

Статья посвящена способности капитала нейтрализовать антикапиталистический и антипотребительский дискурс. Наблюдается следующего рода парадокс: реклама манипулирует, но при этом стремится апеллировать к духовным интенциям, стандартизирует и при этом предлагает подчеркнуть индивидуальность. То, что некогда признавалось стоящим в оппозиции к ценностям потребления, превращается не просто в слабый по своему идейному воздействию барьер для распространения потребительской культуры, а, …

Кредит и кредитомания в условиях общества потребления

В качестве следствия кредитомании выступает иррациональное потребительское поведение, связанное с накоплением долгов и покупкой ненужных вещей. Благодаря функционированию рекламы и моды формируются фиктивные потребности, а кредит выступает средством их удовлетворения. Реклама кредитных услуг всегда замалчивает трудности и проблемы, которые они создают для потребителя. Кредитомания восхваляется как явление прогрессивное, современное и необходимое. Актуализировалась тенденция вкладывать в кредит смысл бытия. Прослеживается также связь между кредитоманией и политическим конформизмом. Кредитомания — верное средство тиражирования обывательских и конформистских настроений в обществе. Кредитоманы не вовлекаются в политическую оппозиционную деятельность, в проекты по отстаиванию прав и свобод. Их внутренний мир редуцируется до страха за стабильный доход и рабочее место.

Кредитоманию следует считать серьезным социальным и психологическим нарушением и фактором экономического риска. Она является как экономической, так и психологической, и социокультурной девиацией, ставшей нормой для современного общества. Развитие системы потребительского кредитования — одна из основ социального контроля, ибо заемщик менее склонен к риску и стабилен в трудовых отношениях.

Социальная атомизация и политический эскапизм в условиях общества потребления

Консюмер потребляет скорее знаки, чем вещи; потребление происходит посредством вещей. Поэтому более актуальной альтернативой термину «вещизм» представляется термин «знакизм», выражающий абсолютизацию знаков, которые несут в себе вещи. Брендовые вещи заключают в себе знаки, указывающие на статус их потребителя, но социальным и политическим действиям данная знаковость не присуща. Происходит пресыщение вещным знакизмом на фоне нехватки солидаризма, профицит вещной знаковости формирует дефицит солидарности.

Консюмеризм как фактор ослабления социальных связей и политических интересов

Современное общество называют обществом потребления. Потребительские тенденции стали актуальным предметом осмысления социологов, философов, культурологов, экономистов. В качестве теоретико-методологической базы исследования использованы теории социологии потребления и социальной философии. В статье рассмотрены такие характерные для современности проблемы, как ослабление социальных связей, индивидуализм, аполитичность, переориентация массового интереса с серьезных политических, экономических, экологических и т.д. тем на аспекты личного характера. Показано, что данные проблемы напрямую связаны с тенденциями потребительской культуры. Потребительские ценности навязываются рекламой в частности и вообще вектором функционирования СМИ в целом, когда масс-медиа транслирует исключительно развлекательные смыслы. Гламуризация общего контента, шоуизация политической жизни и другие подобные тренды в СМИ отвлекают внимание людей от реальности, снижают протестную волю, примитивизируют сознание.

Принцип перманентности в обществе потребления

В обществе потребления доминирует императив, требующий перманентно обновлять личную систему вещей (принцип перманентности). Производство обслуживает не просто потребности, а рост потребностей. Оно ориентируется на изготовление все большего количества в том числе малополезных вещей, но обладающих престижным статусом и символической полнотой. В статье проводится сравнительный анализ общества производства и общества потребления на предмет господствующего отношения к вещам. Раскрываются две формы старения вещей: физический износ и моральное устаревание. Многие рекламируемые вещи специально создаются низкокачественными для их быстрой смены потребителем. Или же инфраструктура моды и рекламы призывает постоянно покупать новые вещи, чтобы находиться в тренде, быть модным, подчеркивать свой социальный статус. Понятие современности охватывает крайне короткий промежуток времени. Сегодняшняя роскошь завтра становится нормой, а новизна — архаикой. Возникает эффект ускоряющейся истории. Даже если потребности удовлетворены, инфраструктура “обнаруживает” новые потребности. Выстраивается причинно-следственная цепь: растут обороты производства и реклама производства — создаются новые потребности — человек потребляет результаты производства и тем самым способствует его дальнейшему наращиванию. Символизм — не устойчивая характеристика конкретного товара. Символ модной элитарности переходит от одного поколения вещей к другим, ни в одном из них не находя себе постоянного места локализации. Поэтому символический “срок годности” вещей истекает быстрее их физического срока годности. При стремительном развитии технологий и появлении новых поколений товаров подчеркивание статуса возможно посредством перманентного приобретения самых новых гаджетов. Самопрезентация — процесс, основанный на перманентном использовании товарной новизны. В этом заключен эффект вещной геронтофобии. Формируется явление вещной перманентности, которую можно определить как инспирированное культурой потребления стремление обновлять ассортимент имеющихся в распоряжении потребителя вещей в соответствии с требованиями меняющейся моды и постоянно возникающими коммерческими предложениями новых моделей вещей. Фиктивность стремления к потребительскому самопозиционированию заключена в том, что: 1) она носит всего лишь вещный (фетишистско-инфантильный) характер, 2) она принципиально неудов- летворима, так как современная экономика создает на каждое удовлетворенное желание новое, которое тоже требует удовлетворения. Возникает бессмысленная цепь фиктивности, которая поддерживает разрыв между новой потребностью и ее удовлетворением. Впадая в зависимость от вещной перманентности, потребитель подчеркивает свою независимость, в чем заключается один из парадоксов консюмеризма. В статье также рассматривается вопрос о деструктивном влиянии принципа перманентности на экологию

Способность консьюмеризма абсорбировать антиконсьюмеристский идеологический контент

Культура потребления предполагает позиционирование субъекта перед другими людьми посредством вещей. Вещи несут в себе символическую значимость и выступают формой подчеркивания социального статуса своего обладателя. Мода, реклама и брендинг указывают на символический статус вещи. Культура потребления принципиально аполитична: ее широкое функционирование деполитизирует массовое сознание, что может быть выгодно политическим элитам. Потребителей интересуют прежде всего проблемы личного мира, им не свойственно консолидироваться против политического курса, для них не характерно стремление к реализации каких-либо политических проектов. В условиях капиталистического общества инфраструктура консьюмеризма проявляет способность абсорбировать антипотребительский дискурс так, что он служит ее целям: в процессе абсорбации антипотребительского идеологического контента в нем нейтрализуется содержательная глубина и радикальность и остается лишь оболочка, которая уже не противостоит капиталу, а используется им ради максимизации прибыли. Революционные символы капитализируются, превращаются в предметы моды и утрачивают революционный потенциал. Автор приводит примеры этой тенденции из сферы рекламы, кино, политики. Капитализм, абсорбируя антикапиталистический идеологический контент, находит новые сферы для максимизации прибыли. Он упрочивает потребительскую культуру и деполитизацию массового сознания, тенденцию сокращать интересующий людей мир до модных гаджетов и брендовых товаров.

Потребление, уходящее в бесконечность

Консюмеризм и реклама в романе Ф. Бегбедера «99 франков»

В романе Ф. Бегбедера «99 франков» описываются особенности функционирования рекламы и раскрывается ее манипулятивный характер. Проникновение рекламы в образовательные учреждения приводит к коммерциализации школы и к ряду негативных социокультурных явлений. Рекламный дискурс по своему содержанию иррационален. Абсурдизация характерна как для рекламы, так и для антирекламы. В целом реклама и антиреклама содержательно близки. Реклама не выдерживает моральной критики. Однако имеются психологические защиты, которые могут применять рекламисты при рефлексии своей деятельности. Роман Бегбедера весьма циничен, но именно своим цинизмом он дискредитирует цинизм, присущий рекламе.

Индивидуализм и аполитичность в условиях культуры потребления

Социальная атомизация и деполитизация связаны с ростом потребительских ценностей. Потребитель ограничивается интересами, которые касаются его личной жизни. Происходит отказ от членства в объединяющем политическом целом. Место моральных обязательств, социальных отношений занимает автономия. Культура потребления осуществляет призыв к индивидуальной активности, но к социальному бездействию. Деконсолидация и индивидуализация сопряжены с утратой идеологических, политических и гражданских установок. Перманентная революция индивидуализма, выраженная в соответствующих изменениях культуры и ценностных ориентаций, устраняет политический активизм, вытесняет политический дискурс из сознания. Глобальным социальным проектам и метанарративам предпочитаются микронарративы и микропроекты личной судьбы. «Человек социальный» уступает место «человеку индивидуальному», политически активный гражданин капитулирует перед потребителем, гражданское общество — перед потребительским. Когда деконсолидация приобретает массовый характер, возникает парадоксальное явление «социального исключения большинства».

Необходимость управления рекламой в обществе потребления

Социальный, культурный и нравственный прогресс требует в настоящее время не защиты рекламы и маркетинга, а, наоборот, поиска средств контроля рекламной индустрии, защиты от нее самого общества. Для борьбы с ее негативным влиянием необходимо, во-первых, резко ограничить пространство для распространения рекламы и, во-вторых, придать ей нравственный облик, ограничив тиражирование литературных, музыкальных произведений и любого контента, в котором романтизируется преступность, эгоизм, инфантилизм и другие пороки.

Парадоксы общества потребления

В статье раскрываются два характерных для общества потребления парадокса. Первый выражается в противоречии между стремлением самообеспечения посредством приобщения к высоким потребительским стандартам и ограничениями финансового характера. Специфика культуры потребления требует совершать показные траты, даже если они несовместимы с финансовыми возможностями. Демонстративные траты осуществляются за счет экономии на невидимых для других людей сферах жизни, так как “сообщение” о статусе становится более важной потребностью, чем удовлетворение настоящих потребностей. Связь между уровнем дохода и уровнем потребления не представляется прямолинейной. Актуализирована тенденция ощущения потребления благ, псевдоконсьюмеризма, реализующего потребность казаться — одну из основных фиктивных потребностей, которая на практике выливается в реализацию стратегии символического обмана. Прослеживается “фиктивность второго порядка”, связанная не со знаковостью некоего блага, а со знаковостью блага, которое представляется наличным, но является отсутствующим. Потребление сменилось мимикрирующим под потребление представлением, симулякром потребления, виртуалией. Дихотомия “иметь или быть” в данном случае заменяется дихотомией “иметь или слыть” и, в свою очередь, “слыть или быть”. Второй парадокс выражается в культивировании желания подчеркивать с помощью потребления индивидуальность, которая нивелируется, когда данная практика становится массовой. Осуществляется стандартизация вкуса под риторику об элитарности. Образцы, предлагаемые как элитарные, своей притягательностью приобщают к себе широкие массы. Они элитарны по материальной недоступности для большинства, но массовы по желанию многих быть к ним приобщенным. Свойственная потребительскому обществу мода сознательно ориентирует на избранное меньшинство, но глубинной основой остается бессознательная ориентация на всеобщность. Мода стимулирует к стандартам потребления и к осуществлению индивидуального выбора, ограниченного этими стандартами. Она в некотором роде берет на себя право выбора за потребителя

Абсолютизация гаджетов в обществе потребления

В статье раскрывается такая специфическая для общества потребления особенность, как абсолютизация гаджетов. Культура потребления – явление, которое на первый план ставит символизм коммерческих товаров. С помощью приобретаемых товаров потребитель стремится повысить свой статус в глазах окружающих людей. Символическая насыщенность гаджетов позволяет потребителю использовать их для самопозиционирования, а не по функциональному назначению. Новизна и функциональная избыточность гаджета как бы конвертируется в статусную избыточность его обладателя. Массовость тенденции самовыражения не отличает, а унифицирует потребителя.

Аполитичность потребительского общества

Спекуляция рекламы на антипотребительском дискурсе

Культура потребления предполагает позиционирование субъектом перед другими людьми посредством вещей. Вещи несут в себе символическую значимость и выступают формой подчеркивания социального статуса своего обладателя. Мода, реклама и брендинг указывают на символический статус вещи. В статье показывается, что в условиях капиталистического общества потребления реклама проявляет способность абсорбировать антипотребительский дискурс так, что он служит ее целям. Модной становится обычно не сама контрпотребительская культура, а ее оболочка, антураж. В процессе абсорбации рекламой антипотребительского дискурса в последнем нейтрализуется содержательная глубина и радикальность, и остается лишь оболочка, которая уже не противостоит капиталу, а используется им ради максимизации прибыли