Средства массовой коммуникации, как и массовая культура в целом, являются неотъемлемой частью нашего социального бытия. Мы видим рекламные щиты, расположенные по всему городу возле крупных магистралей. Мы слышим радио в маршрутных такси. Мы наблюдаем за потоком зрительных картинок, появляющихся на экранах в автобусах. Это вовлечение в массированную коммуникационную игру происходит «само собой», без целенаправленного участия …
Россия является богатой природными ресурсами страной, которая выступает соблазнительным объектом для американских элит и связанного с ними транснационального бизнеса. В современном мире повестку глобальных событий задают США. Европа находится в зависимости от Вашингтона и потому тиражирует русофобскую риторику и проводит антироссийскую политику, даже когда последние противоречат интересам Старого Света. Польша не является исключением. Ее политики солидаризировались с русофобской риторикой, создаваемой и продвигаемой Вашингтоном. Здесь мы видим интернациональный аспект русофобии. С другой стороны, в польской русофобии имеется национальный элемент, который связан с переосмыслением собственно русско-польских взаимоотношений в истории. В статье этот элемент рассмотрен на примере прочтения событий катынского расстрела. Видение истории выходит далеко за рамки гносеологических, сугубо исторических ракурсов. Прошлое трансформируется и используется в политическом настоящем. Фальсификация прошлого России ведет к стигматизации страны в настоящем, усилении экономического и политического давления на нее. Автор предлагает эскиз описания такого метода выстраивания русофобского нарратива, как метод «перекрестных обвинений; в этом заключена новизна статьи.
Исследование, проведенное в настоящей работе, условно можно разделить на три части. Первая вовлекает читателя в историю философии с целью изучить динамику становления идей о субъекте в процессе исторической смены философских традиций. Вторая представляет собой анализ широкого поля определений субъекта и субъектности, на основе которого фиксируется антропологическая сущность субъекта и его основные атрибутивные характеристики. В третьей дается краткое описание трех форм понимания субъекта — противопоставление, предикат, статика, — из которых только последняя отражает антропологическое содержание субъекта
В статье анализируется сущность общества потребления. Рассматриваются такие связанные с потребительством явления, как китч-культура, фиктивные потребности, фиктивные товары и символическая польза. Основное внимание уделяется следующим тенденциям потребительского поведения: расточительность и демонстрация статусности
Цель этой работы — критический анализ деятельности современной партии власти — «Единой России». В тексте рассматриваются различные аспекты политической деятельности данной партии, и власть имущие обвиняются во многих антинародных деяниях, которые в совокупности характеризуют партию как тоталитарную организацию: принуждение электората, его конформизация, нарушение конституционных прав, ложь и мифологизация, фальсификация выборов, жесткий контроль СМИ, нетерпимость к инакомыслию и уничтожение оппозиции. Основная идея настоящего эссе заключается в том, что «Единая Россия» — не партия, а корпорация, которая выражает не интересы какой-либо прослойки общества, а сугубо свои, узкокорпоративные интересы. Автор приводит достаточно серьезную доказательную базу, которая состоит как из многочисленных литературных источников, так и из личного опыта наблюдения за явлениями, происходящими на политической арене современной России
В данной статье анализируются такие явления современной массовой культуры, как гедонизм, потребительство и невротизм. На фоне этих явлений автор показывает возможные варианты адаптации субъекта к массовой культуре. Из всех мыслимых частей массовой культуры основное внимание уделяется китчу как ее самой обширной части
Исходя из разделения массовой культуры на три уровня (китч, мид, арт), в статье проводится анализ панк-культуры как явления, принадлежащего низшему уровню культуры — китчу. Особое внимание уделяется понятиям конформизма, негативизма и интеграции, каждое из которых указывает на определенный уровень личностного развития. Панк-культура провозглашает негативизм, который нельзя назвать проявлением субъектной само детерминированности и идеологической автономности
Статья посвящена анализу влияния массовой культуры на субъекта. Рассматривается конституирование массовой культурой субъекта как гедониста и невротика. Кроме того, затрагивается проблема редуцирования высоких нравственных идеалов до уровня материальных ценностей, что является одной из причин упадка нравов и криминализации. Влияние массовой культуры на субъектность представляется разновекторным. К первому вектору относится формирование субъектных качеств, создание препятствий, преодолевая которые субъект самореализуется; ко второму — уничтожение субъекта путем невозможности достижения предлагаемых масскультом идеалов, что уводит субъекта в невроз
Статья посвящена анализу функциональных особенностей массовой культуры. Эти функции на низшем уровне масскульта (китч) трансформируются в свои антипроявления, что приводит к разрушительному влиянию массовой культуры на субъекта. Также путем рассмотрения функциональных особенностей массовой культуры доказывается тезис о двойственном характере влияния последней на субъекта — конструктивном и деструктивном
В статье анализируется сущность общества потребления. Рассматриваются такие связанные с потребительством явления, как фиктивные потребности, фиктивные товары и символическая польза. Основное внимание уделяется следующим тенденциям потребительского поведения: расточительность и демонстрация статусности
В статье рассматриваются проблемы, связанные с изучением влияния массовой культуры на субъекта, исходя из ее разделения на три уровня (китч, мид, арт). Анализируется проявление субъектности на каждом уровне и обосновывается идея, согласно которой в рамках китча субъект разрушается, мида — сохраняется, а арта — развивается
Для общества потребления характерен тренд не просто приобретения вещей, а приобретения именно новых, брендовых вещей. Они своей знаково-символической насыщенностью подчеркивают статус обладателя. Поэтому вместо термина «вещизм» более подходящим выступает термин «знакизм». Культ новизны выливается в перманентное потребление, в погоню за быстро изменяющейся модой. Автор проводит сравнительный анализ отношения к вещам в советской и постсоветской (потребительской) культурах. Принцип намеренного устаревания вещей проявляет себя в двух формах: 1) быстрый физический износ; 2) символический износ, который обеспечивается модным дискурсом. Новизна статьи заключается в следующем. Описана тенденция вещной перманентности, характерная для общества потребления. Проведено сравнение культурных особенностей общества потребления и общества дефицита. Введен в научный оборот термин «знакизм», который при рассмотрении сути консюмеризма более приемлем, чем термин «вещизм». Доказана абсурдность воплощения потребительских стратегий на практике, поскольку: 1) возникает необходимость нерациональных растрат; 2) стремление за модой указывает на неаутентичность потребителя
Феномен потребления достаточно подробно представлен в научной литературе — философской, культурологической, социологической, психологической, экономической. Однако его описывают в основном в комплексном виде, без обращения внимания к частным аспектам потребительства. Автор настоящей статьи подходит к изучению данного феномена в строго ограниченном контексте. Этим контекстом выступает образование и образовательная деятельность. В статье с критических позиций обсуждается модель переориентации образования на подготовку квалифицированного потребителя. Автор доказывает опасность и зловредность такого вектора реформирования образования. Доказывается мысль, что в эпоху «текучей современности» образование призвано делать акцент не столько на знаниях, сколько на феномене понимания
В статье речь идет о фальсификации истории как мощном инструменте дискредитации страны и ее населения в глазах мировой общественности. В качестве примера приводится грузино-осетинский конфликт, на основе которого была создана мощная машинерия по дискредитации России
В статье анализируется соотношение взглядов постмодернизма (философия) и субъектно-деятельностного подхода (психология) на категорию субъекта. Постмодерновский взгляд на субъекта можно назвать негативист- ским, так как подвергается сомнению субъектная автономность — субъект зависит от оков цивилизации, от власти бессознательного, вследствие чего теряет свою идентичность и способность к активному и творческому преобразованию мира. Представители субъектно-деятельностного подхода, наоборот, утверждают творческую преобразовательную активность субъекта, а значит, и его существование как деятельного и сознающего существа. Взгляды обоих подходов на категорию субъекта во многом различны, и невозможно примирить между собой их мнения. Однако в отдельных аспектах мы видим некоторую преемственность во мнениях, которая находит свое место где-то посередине между разными полюсами, один из которых принимает субъекта в его осознанности, свободе и целостности, а другой отвергает его, находя в нем лишь бессознательность, тотальную детерминированность и множественность